Вернуться к другим Инициативам

Помощь экс-политзаключенному Дмитрию Фурманову

Пикет по сбору подписей за выдвижение в кандидата в президенты Светланы Тихановской. Я выполнял законную деятельность, которую на меня возложила Центральная избирательная комиссия. Все было по закону — я находился в маске и перчатках, как того требовали санитарные нормы. Брал у людей паспорта, записывал установочные данные, все проверял. Подписные листы я впоследствии должен был сдать в избирательную комиссию в Гродно. В этот момент происходит та самая провокация. В отдалении от событий за столом сижу я. Подбегают силовики и уносят меня вместе со стулом в сторону темного микроавтобуса. Удар в лицо. Темнота. Боль. Очнулся на полу микроавтобуса. Лежал головой вниз и мне зачем-то делали болевой прием на запястья. 
 
Были зафиксированы раны и гематомы на лице, руках и на ногах, порвано правое ухо, которое впоследствии зашили в больнице. Как потом выяснилось, травмы я получил во время задержания. Но то, что происходило, я помню не полностью, так как на короткое время потерял сознание. То, что случилось 29 мая, для меня стало большой неожиданностью. В голове тогда возникли предположения: сейчас меня похитили, значит дальше может быть самое худшее — тебя вывозят в лес и ты там остаешься навсегда.
 
Изначально меня подозревали по статье 364 УК Беларуси. Каким образом я, находясь за столом, повлиял на то, что человек упал? Это была какая-то нелепица и выдуманная причина для того, чтобы нас задержать. Уже будучи в СИЗО на Володарского я узнал, что мне поменяли статью на 342 УК Беларуси. Тот день, конечно, меня поменял. Сейчас я понимаю, что произошло недопустимое, такого не должно быть в нормальной свободной стране, когда за законную деятельность сажают людей. И человеку приходится полностью отбывать наказание ни за что. Я долгое время не понимал, почему я за решеткой. Но теперь понимание есть. После получения приговора на руки и года отсидки я прочитал строку в приговоре — «подарил Тихановскому тапок, как символ протеста». И у меня щелкнуло в голове — вот за что я сижу, оказывается.

Я был осужден на 2 года лишения свободы в колонии общего режима. Но в отряд меня так и не перевели, а поместили сразу в штрафной изолятор (ШИЗО), где я провел 1,5 месяца заключения. Это такое место, что хуже не придумаешь. У тебя нет даже матраса на ночь. Спать приходится на голых «нарах». Нет прогулок, писем, передач. Из вещей у тебя только тапочки, мыло, полотенце, туалетная бумага, зубная щетка и паста. Основная проблема — это холод. Я попал в межотопительный сезон, когда было холодно на улице и холодно в камере. Приходилось вставать по 3-4 раза за ночь делать физические упражнения, чтобы согреться. Честно говоря, 1,5 года в заточении были легче, чем последние 1,5 месяца в ШИЗО, где кроме холода я еще и чувствовал постоянный голод. Там меня поставили на второй профучет — как склонного к экстремизму. До этого, когда еще шли суды в Гродно, на меня навесили профучет, как склонного на нападение на администрацию и захвату заложников. Хотя это абсурд — с моей статьей на такой учет не ставили, а подозрение в насилии над сотрудником милиции к тому времени с меня сняли. Там же я попал в карцер — первый раз за то, что сидел на скамейке, а не на кровати, потом за отказ надевать наручники, потом просто на комиссиях молчал. Это все считалось нарушением. Всего в карцере провел 33 дня. Пять из них — голодал против постановки на профилактический учет.

Для меня было большой неожиданностью, когда мне сказали за день до официального освобождения, что я могу сегодня выйти. Я был в удивлён этой новостью и попросил позвонить родителям, чтобы они знали. Но мне сказали, что все в порядке и родители уже ждут. Но уже после освобождения выяснилось, что они случайно узнали именно об этой дате — отец приезжал в колонию и требовал встречу с администрацией. Освобожден 21 октября 2021 года с распиской об обязательстве отметиться в РОВД по месту жительства в течении трех дней. После выхода из колонии я приехал в Минск, сел на автобус и уехал в другую страну. Опасался, что меня могут притормозить на границе, но этого не произошло. Уезжать сначала не хотел, но потом все же решил покинуть Беларусь, потому что у меня имеются не погашенные административные аресты по статьям 23.34 (7 суток) и 23.4 (10 суток) КоАП Беларуси. Сейчас я в безопасности. И главные планы — восстановить психическое и физическое состояние.

Какая сумма необходима?

2060€ – Оплата медицинского обследования, стоматологических, психотерапевтических и других процедур, а также покупка продуктов питания, лекарств, оплаты арендного жилья, общественный транспорт.